Авторский проект Ирины Петрусевич: Преодоление

0
223
  • История первая.   Продолжение

ДАША

Борьба за жизнь

«Отбракованная» врачами Даша таяла на глазах. На мольбы матери проверить состояние ее дочери как можно скорее, медики безразлично отмахивались: «А зачем?» И не видя смысла в оперативности, назначили УЗИ лишь через неделю. А зачем спешить? Случай-то безнадежный…

– Я хочу услышать, что с моим ребенком? – первое, что произнес Сергей, войдя в кабинет доктора.

– У нее генетическое отклонение, – догадавшись, о ком идет речь, выдохнула педиатр.

– Меня интересует, что по сердцу. Когда ей сделают УЗИ? – и, не дожидаясь ответа, спокойным, но твердым и уверенным тоном добавил: – Моему ребенку УЗИ нужно сделать завтра!

На следующий день Даше сделали УЗИ. С результатами исследования взволнованные, но не теряющие надежды родители отправились к специалистам в Донецк. И уже там они узнали истинную ситуацию со здоровьем своей дочери. Тройной врожденный порок сердца… Диагноз прозвучал, как приговор.

Каковы шансы на жизнь? И есть ли они вообще? Прогноз врачей был неутешительным: максимум несколько месяцев жизни. Операция – это возможность спасти Дашу, но это всего лишь один процент из ста, что она пройдет успешно. Единственный шанс – и его Сергей с Ларисой решают использовать.

В Киевской клинике оперировать Дашу отказались. Уж слишком безнадежным было ее состояние. В Донецке после подобных операций, по разговорам, умирал каждый второй ребенок. Но была надежда на уникального хирурга, врача от бога, Игоря Юрьевича Мокрика. Он, говорили, творит настоящие чудеса.

Полгода Дашу наблюдали в институте. Когда пришло время операции, выяснилось, что у девочки слишком малый вес – оперировать нельзя. Зондирование сердца показало стопроцентное противопоказание. Выявили гипертензию. При таком раскладе врачи уже не давали даже одного процента гарантии на благополучный исход операции. Но отказаться сейчас от операции значило только одно: потерять даже этот призрачный шанс на спасение навсегда. Поэтому решение было принято однозначное – оперировать.  Для этого нужна была донорская кровь 2-й группы с отрицательным резус-фактором. Сергей стать донором не мог, так как являлся иностранцем  (гражданином Республики Беларусь, он жил в то время в Костюковичах). Лариса была ослаблена после «кесарева сечения». Выход из ситуации подсказал врач: в военной части можно найти троих человек, двое из них, известно, являются профессиональными донорами, они выручат.

Не теряя времени, Лариса помчалась в часть. И каким же было ее разочарование, когда выяснилось, что один из военнослужащих отказался помочь, второй не прослужил полгода и по закону ему нельзя сдавать кровь, третий узнал от матери, что болел гепатитом… Помочь вызвались другие солдатики. А тот, второй, который новобранец, пришел и сам попросился: «Никто же не узнает». В пути сопровождавший военнослужащих капитан поинтересовался у Ларисы, для кого нужна кровь. Она показала фотографию своей малышки в телефоне.

«У меня тоже вторая отрицательная…» – произнес офицер, и это значило, что теперь доноров уже четверо. Это было их добровольное желание. А кровь ничего не стоит, если на кону жизнь ребенка.

… Лариса долго смотрела на худенькое тельце своей девочки. В свои шесть месяцев она весила всего-то 4600. И этой крошке предстояло пройти такое серьезное испытание!.. В ее сердце должны вживить клапаны, выращенные из клеток. Это весьма сложная, тонкая, даже ювелирная работа хирурга. А ей, Даше, нужно было им помочь, постараться продержаться во время операции и остаться в живых…

Слезы катились из глаз Ларисы. Возможно ли представить, что чувствует мама, принимая решение об операции своему ребенку, не гарантирующей ровным счетом ничего? «Главное верить!… – решила Лариса, – надеяться и верить!» Она поцеловала тонюсенькие ручки и ножки доченьки, помолилась перед иконой и подписала согласие на операцию.

В операционную Лариса сама несла свою девочку. С каждым шагом нарастало волнение и беспокойство… Но она взяла себя в руки, проявив твердость, решила не плакать, чтобы слезами не сделать хуже ребенку. Ее уверенность едва не пошатнулась, когда в дверном проеме мимо них провезли каталку с покойником: операция не была успешной. Мгновение шока, растерянность и несмелые шаги навстречу неизвестности…

– Давайте ребеночка, – обратился к Ларисе врач-анестезиолог. – Рассчитывайте на пять часов.

Пять часов вечности… Страшное ожидание… И надежда на чудо, на помощь бога. Лариса и Сергей первым делом пошли в церковь, где искренней молитвой смогли немного успокоиться и найти в себе силы преодолеть очередное испытание.

Прошло три часа. Телефон молчал. Пять часов… Тишина. Ожидание тяжелым грузом легло на сердца обоих родителей. И в то же время это означало, что Даша жива…

Минул шестой час. Спустя какое-то время в направлении операционной покатили кувез. «За Дашей!» – промелькнула радостная мысль у Ларисы.

А потом появился хирург. Игорь Юрьевич неторопливо спускался по лестнице. Его лицо не выражало никаких эмоций. Что там?… Как все прошло?… Нельзя было понять…

Он подошел к Ларисе и обнял ее за плечо:

– Ну что, мамочка, твоя дочка – умничка! Настоящий боец! – устало, но воодушевленно произнес он.

…После операции Даша четыре дня находилась в реанимации, подключенная к аппаратам. Очнувшись она открыла глазки и, увидев родителей, сладко улыбнулась: «Ну, здравствуй, жизнь!»

После выписки из больницы, в течение двух месяцев нужно было ограничивать Дашу в движениях, поэтому Лариса не выпускала ребенка из рук, оберегая всеми своими силами ее сердечко, ее жизнь.

В следующий раз мы узнаем, как встретили Ларису и ее девочек медработники в Костюковичах и чего так и не дождалась она в нашей больнице.

«Преодоление» продолжается.

Нет постов для отображения