Протоиерею Михаилу, настоятелю Свято-Мариемагдалинской церкви, досталась от предков уникальная коллекция раритетных предметов, которую он сам пополняет по мере сил и возможностей. Но главным для него все-таки остается духовное наследие.
Литературная сокровищница
Трудно представить чувства, когда держишь в руках Молитвослов середины 18 столетия. Сколько же к нему прикасалось рук? Сколько глаз читали эти священные строки? И сразу хочется сказать: цените книгу!
Не на секунду не пожалела, что накануне Дня белорусской письменности оказалась в гостях у местного священника отца Михаила, который с таким воодушевлением рассказал нам, журналистам «ГК», о наследии прошлого, которое ему досталось от прадеда, деда, отца.
– Семья моего прадеда Семена Дмитриевича Бонч-Поднебеса была весьма зажиточной, – начинает рассказ отец Михаил. – Прабабушка Варвара Миновна Клаус была дворянкой, да и по фамилии прадеда понятно, что он был из польского шляхетского рода. Имел кожевенные мастерские и две торговые лавки, одна из которых – шкаличная, где продавалось спиртное, другая – для скобяных товаров (в ней можно было купить лучшую сбрую и кожаные ремни для упряжи лошадей). Помимо этого, прадед владел большими наделами земли, где работали крестьяне. В деревне Студенец у него был двухэтажный дом с добротной по тому времени мебелью из массива натурального дерева. Кое-что из тех времен досталось мне по наследству. Уцелел книжный шкаф, которому уже более ста пятидесяти лет. В нем до сих пор работают замки, как и в то далекое время. Конечно, внешний вид уже не тот, ибо вместо лака его покрыли обычной краской. Но сейчас, как и прежде, в нем размещены книги.
Отец Михаил бережно берет с полки одну из стоящих ровными рядами книг и зачитывает:
– «По стопам святых апостолов». Эта книга издана в типографии Санкт-Петербурга в 1904 году. Книга в хорошем состоянии, правда, страницы слегка пожелтели. В ней размещены прекрасные гравюры. Или вот книга «Письма о богослужении Восточной Кафолической Церкви» Муравьева-Апостола, изданная в типографии Санкт-Петербурга в 1894 году. Большая часть книг, что находятся здесь, принадлежит нашему роду, остальные же ко мне попали спустя годы после смерти именитых купцов нашей Костюковичской земли Боровикова и Галактиона Слободчикова.
В руках батюшки еще одна книга – «Толкование посланий святого апостола Павла», изданная в Москве в 1882 году, которая сменяется другой, в бархатном переплете, выполненном самим отцом Михаилом. Издана книга в Москве в 1912 году и имеет цветные изображения.
Вы никогда не держали в руках книгу 18 столетия? У отца Михаила такая есть. Издана она в 1755 году в Киево-Печерской лавре и называется «Жития святых». Каждый рассказ – это описание жизни того или иного святого, его духовного пути и подвигов. Сердце замирает, когда дотрагиваешься до страниц этой уникальной книги, сокровищницы церковной литературы.
– У этой книги особенная судьба, – рассказывает отец Михаил, держа в руках огромную книгу, переплет которой он сделал сам. – Принадлежала она студенецкому священнику Ивану Вербицкому, которого в 1930 году раскулачили и с семьей выслали, так их след и пропал. Книга чудом уцелела – сохранили ее соседи в Студенце. Уже в плохом состоянии она попала к нам. Эта книга состоит из нескольких книг, поэтому переплетать было нелегко. Здесь находятся жития святых, датированные сентябрем, а это значит, что таких книг было издано двенадцать по количеству месяцев в году. Получается, что была она как календарь на каждый день.
Внимание привлекает Псалтирь 1893 года издания с его пожелтевшими от времени и надорванными у корешка страницами. Кажется, что ты находишься где-то в монастырских стенах и молишь Бога за мир и счастье всех людей на Земле. Кстати, им и по сей день пользуется отец Михаил, произнося свои молитвы Богу.
На книжной полке рядом со старинными изданиями стоят произведения классической литературы. Оказывается, что любимые поэты у батюшки – Пушкин, Лермонтов и Есенин. Из прозаиков предпочтение он отдает произведениям Ивана Тургенева и Льва Толстого. Так, например, «Войну и мир» он перечитывал трижды и каждый раз для себя открывал что-то новое.
Старинные иконы
Иконостасы в квартире отца Михаила есть в каждой комнате, и многим из икон там по сто лет и более. После раскулачивания прадеда иконы, как и многие предметы быта, сохранили добропорядочные соседи, которые потом передали всё потомкам Бонч-Поднебеса.
– Иконы «Матерь Божия Праворучица» и «Христос Спаситель» написаны маслом по дереву, – продолжает отец Михаил. – Писали их, скорее всего, иконописцы классической и белорусской школы иконописи. А здесь представлены иконы, выполненные способом цветной печати: «Архистратиг Михаил», «Матерь Божия Жировичская» относятся к концу 19 столетия.
В рабочем кабинете Михаила Аркадьевича тоже есть иконостас. Обращаем внимание на пустую раму из мореного дуба. Оказывается, что икона находится на реставрации, но сама рама представляет собой уникальную ценность.
– «Творец. Создатель мироздания» – редчайшая икона. Выполнена она мастерами итальянской иконописной школы, – рассказывает о значении образа мой собеседник и тут же переключается на другую икону. – «Матерь Божия Ахтырская» – тоже очень редкая икона, на которой изображена Матерь Божия без младенца Иисуса. Рядом – Смоленская икона Божией Матери «Одигитрия».
Дух того времени
На стене – швейцарские часы с боем, а в другой комнате – дореволюционный барометр с клеймом мастера из Парижа, который все еще показывает температуру и влажность воздуха в помещении. Залюбовалась, глядя на часы, которым, кстати, двести лет.
– Прадедовские часы до сих пор идут, но я их не завожу, потому что слишком сильный у них бой. Представьте себе, в полночь на весь дом раздается бой часов, – говорит отец Михаил, доставая ключик, которым еще в 19 веке его предки заводили часовой механизм.
По словам нашего героя, в двухэтажном особняке его прадеда было одиннадцать комнат, и, так как не было электричества, для освещения помещений пользовались подсвечниками со свечами и керосиновыми лампами. О том времени напоминают несколько уцелевших канделябров из бронзы, покрытой позолотой, которые сохранили соседи, закопав их под амбаром во время раскулачивания прадеда. Сразу представляешь такой подсвечник в нежных руках хозяйки дома, зажигающей свечи и ставящей канделябр к зеркалу. Кстати, старинное зеркало из особняка прадеда тоже уцелело. Ему уже более 150 лет. Кое-где красное дерево побито шашелем, но все равно не потеряло своего превосходства.
В отличном состоянии сохранились пояса, выполненные вручную. Один из них вышивали монахини женского монастыря в Шемардино, где настоятельницей была графиня Мария Николаевна Толстая, старшая сестра писателя графа Льва Николаевича Толстого. Пояс выполнен в 19 веке. А достался он отцу Михаилу по наследству от костюковичского священника Иоанна Ивашова, который прожил 102 года.
«Граммофония»
Невозможно отвести глаз от граммофона с заводной ручкой и не потерявшей до сих пор шарма трубой.
– Граммофон французской фирмы «Наполеон» был куплен в 1904 году, – отмечает отец Михаил. – Дедушка рассказывал, что был маленьким, когда в дом привезли музыку, где уже стояло пианино и была физгармония. Его сестры хорошо музицировали. Сам же он свободно владел такими инструментами, как балалайка, гитара и мандолина. Граммофон и сейчас в прекрасном состоянии.
Поставив новую иглу, батюшка аккуратно стал крутить заводную ручку граммофона. А когда техника была готова к работе, игла плавно опустилась на грампластинку и полилась музыка. Звуки танго «Брызги шампанского» заполнили комнату. А ведь такое звучание слышали наши прабабушки! Не шутка ли, 122 года механизму, а он идеально работает!
По словам отца Михаила, представители киностудии «Беларусьфильм», когда снимали документальный фильм об Аркадии Кулешове на его родине в Самотевичах, предлагали ему обменять этот граммофон на автомобиль «Волга», однако батюшка отказал гостям, ведь память и история рода дороже земных благ.
Хочется отделаться дежурной фразой о том, что подобные предметы бесценны. Но ведь это действительно так!
Помимо граммофона с трубой, нам показывают столетний темный патефонный ящик английской фирмы «Колумбия». Патефон заводится почти беззвучно. И это тоже настоящая реликвия среди галереи прошлого. Как только механизм пришел в движение, комната наполнилась легендарной мелодией «Рио-Рита». Звучание было прекрасным, и я не удержалась, чтобы не задать вопрос властителю «страны Граммофонии», часто ли он слушает музыку, пользуясь патефоном и граммофоном?
– Иногда бывает, когда хочется насладиться старыми мелодиями, – загадочно улыбается мой собеседник и умолкает одновременно с финальным аккордом «Рио-Риты».
А в соседней комнате нас ждет еще один сюрприз – маленький портативный патефон. Удивительно, но он тоже работает!
– Спасибо за милость, Господи, что дал силы собрать и сохранить все эти раритетные вещи, – говорит отец Михаил, человек в Костюковичах известный всем, прежде всего, как храмостроитель и возрождающий к жизни церкви.
Всё, что мы увидели, произвело неизгладимое впечатление и, уверена, останется еще надолго в памяти. Мы словно прошлись по галерее прошлого, где собраны уникальные предметы 18-го, 19-го и 20 веков. Хранит всё это священник в память о своем роде, из любви к нашей истории. Каждый предмет здесь имеет свою судьбу, где-то непростую, может, даже печальную. И каждый предмет дорог отцу Михаилу не только как культура ушедшего времени, но и как духовное родство с предками.
Фото Людмилы СМОЛЯКОВОЙ
